Я БЫЛ "ТАМ"
Блоги

Я БЫЛ "ТАМ"

Накануне «этого дня» я много раз менял планы, получая бесконечные письма-апдейты от нашего агентства и моей коллеги АA. Так мы едем или нет? Я практически готов был к моему второму визиту в «это место», куда, даже, если не признаются, хотели бы попасть многие. «Ну, конечно, что там интересного!?», - начнете вы. Я полностью согласен с вашими выкриками мне вслед и я практически верю вам. «Нет, не верю!», - кричу я вам, обернувшись.                   

Я много раз представлял, как именно должно выглядеть «это место», как много там должно быть всяческих «прибамбасов» и технических штук, и скажу с уверенностью в голосе, увиденное меня ни капли не разочаровало. Я много думал о технической составляющей съемок, но мало, точнее, ничтожно мало, задумывался о людях, которые все «это» делают. Не только и, наверное, не столько «участники оперы», а те самые серые кардиналы или люди «заэкранья».

Я – счастливый человек. Вы спросите почему? Я не устаю удивляться и стараюсь оставаться открытым новым впечатлениям, новым экспериментам и новым знакомствам. К несчастью, времени на тупое обновление эмоций остается не очень много, поэтому единственный выход – тщательно фильтровать источники «нового» и надеяться на лучшее. Тогда и результат когнитивного познания не разочаровывает и моя копилка пополняется чем-то по-настоящему стоящим, тем, чем я потом делюсь с моими родными и друзьями. Так случилось и в «этот раз». Рассказываю.

В 11.00 за мной приехала машина. К слову, то утро не задалось с самого начала: я проспал, пролил на себя чай, любимая Наталья Сергеевна укусила меня за нижнюю губу в бесконечном припадке щенячьей нежности, и, под конец, любимые, нет, самые любимые, носки в красную полоску оказались в стирке! Теперь вы понимаете, что утро было провальным? Ан-нет! Утро радовало, несмотря на всю хмурость неба и серость подъезда, из которого я благополучно выкатился с опозданием в 20 минут, но в начищенных Луи Вюиттонах. Нормально, чуть-чуть больше французского стандарта опозданий в 15 минут, а так – все в тренде!

Меня ожидал длинный чёрный Форд с надписью «Важная Персона». Хм… Да будет так сегодня! Я открыл заднюю дверь, заглянул и на автомате пропел: «Доброе утро-о-о-о-о!». Причём, моё «о» пошло слишком высоко вверх и придало моему пению вопросительную форму. Вопрос был и во взгляде и в том, как я завалился от изумления на заднее сиденье, и в том, как я закрыл дверь.

- Все так удивляются, когда видят женщину за рулем такси! Ну, что здесь удивительного?!

- Вы правы, ничего. Миллионы женщин за рулем. У меня мать пятнадцать лет водит. Просто я не ожидал и попал в ваш безлимитный список «удивленных»!

- Вы уже готовы? Мы можем отправиться в пункт назначения? Кстати, куда?

- Да-да, уже пора. Вот.

Я протянул смятый лист отбеленной бумаги, на котором моя коллега АA. предусмотрительно распечатала маршрут моего движения до «того самого места». Я не вдавался в подробности описания, но точно помнил, что едем мы в сторону «Новой Риги». Рука с идеальным маникюром забрала у меня мятый лист, и глаза с эффектом длинных и пушистых (Как там в рекламе говорят?) ресниц побежали по строчкам.

- Я знаю, где это. По-моему, я кого-то уже возила туда.

- Девушку, светленькую такую, невысокую.

- Да-да. Она мне про Бандераса рассказывала. Про духи.

«Наша», - подумал я. Речь шла о моей коллеге АА., которая, кстати, в это же самое время ехала в «то самое место» с другого конца Москвы, не подозревая о моем грядущем опоздании.

Рука с длинными ногтями алого цвета нежно толкнула ручку передач и мы тронулись с места. Ну, с Богом!

30 минут. 45 минут. Час. Что? Пробка! Глухой затор на депрессивном МКАДе. Слева – ЗИЛы, справа – «Каблучки» и «Бычки», в них – соответствующее человеческое содержимое. Через одну машину, кто-то, такой же убитый пробкой, проталкивался по загаженной трассе в желтом такси, периодически оборачиваясь в поисках «цивилизованного» взгляда. Бесполезно. Я уткнулся в ноутбук и медленно, но верно, качал мегабайты входящей корреспонденции. Это занятие меня настолько увлекло, что на какой-то момент я погрузился в мир собственных мыслей, откуда меня молниеносно вывел хруст. Да, хруст!

Я пришел в себя. Что за хруст? Вот снова! Под глазами с эффектом длинных ресниц и заостренным носиком моего водителя, напомню, женщины, был не менее манящий объект лицевого эксперимента – рот, с эффектом смачно окрашенных «в красное» губ. Я бы назвал этот прием «Эффект Свистка», его прекрасно видно и слышно издалека, что и отвечает главным требованиям к этому предмету. «Свисток» старательно поглощал все, что подавали красивые руки с длинными ногтями, а именно, орешки. Вы спросите: «А какие орешки? Солёные или сладкие?». По форме я распознал лесные орехи, а вот по вкусу, увы, не удалось, так как никто мне не предложил угоститься! Есть хотелось смертельно, и маленький пакетик лесных орешков мне стоил половины самопереваренного желудка. Ненавижу жадные «свистки»!

Я начал нервно ёрзать на заднем сидении и вздыхать от негодования и нарастающего аппетита. Мои действия были восприняты, как призыв к проветриванию салона. Заработал кондиционер, и поток теплого воздуха с примесью азота и гари начал легко поглаживать мои навьюженные с утра волосы. В результате короткой процедуры с «авто-феном» моя прическа приобрела визуальный крен на один из боков, а лицо застыло в недовольной гримасе под слоем обветренного эпидермиса. Я опаздывал на 20 минут.

- Ты где? Скоро? – зазвенел из мобильного пронзительный голос АА.

- Я подъезжаю к Ленинградке.

- (АА. передает мои слова кому-то на другом конце провода) Он на Ленинградке. Да-да. Хм… Здесь все как-то напряглись, знаешь. Ты не можешь быстрее?

Вопрос с «быстрее» звучал издевательски, с учетом того, что уже битые полтора часа мы толкались в многокилометровом заторе.

- В общем, Вася (прим. – продюсер) тогда уезжает, - продолжает пробирать голос АА.

- Так мне можно не ехать? – интересуюсь я.

- Нет, ты приезжай! Нам другого продюсера «щас» дадут. И ты, как обещал, должен пробрифовать ребят.

Бриф. Второй раз я еду, чтобы сделать «это» в «том же самом месте». Первый раз – в прошлом году, второй раз – сейчас. Я приезжаю. Загружаю ноутбук. Открываю презентацию. Рассказываю. Показываю. Улыбаюсь. Жестикулирую. Объясняю, как правильно. Прошу не делать и не говорить, как неправильно. Я смотрю на двадцать молодых парней и девушек со всей нашей необъятной Родины, а на меня в ответ смотрят эти же двадцать пар восхищенных глаз, с искрящейся благодарностью за то, что я не «пихаю» им историю про очередные шоколадки, жвачки, бритвенные станки, прокладки или пенки для волос. Я смотрю на них, а на меня – шесть камер. Я рассказываю им о прекрасном. Я знакомлю их с миром соблазнов. С тем, о ком АА. рассказывала моей женщине-водителю.

Я был там дважды. И дважды уезжал оттуда обновленным. Человеком, которому не все равно. Человеком, которому в жизни многое интересно. Человеком, которому интересны люди. «Ну, конечно, что там интересного!?», - закричите вы. А я промолчу, ведь в данном случае, я знаю немного больше вас. Не верите? Подождем 1-го ноября. ;-)

 

Maxim Goshko-Dankov