Галя Солодовникова: "У русских в крови – делать все в последний момент"
Культура

Галя Солодовникова: "У русских в крови – делать все в последний момент"

Художник о своей работе, лучших проектах и авторском курсе в Британке.

Сценограф и обладатель премии "Золотая маска" Галя Солодовникова рассказала TrendSpace о взаимодействии с режиссерами, международном опыте и о новых театральных проектах. 

У вас есть опыт оформления спектаклей не только в России, но и в Европе. Существует ли какая-то разница в подходах к рабочему процессу? 

В Европе есть свои отличительные черты – точность, пунктуальность и верность договоренностям. Но несмотря на очевидные плюсы, в этом есть и ограничения. Работая с российскими компаниями, можно какие-то детали корректировать в последний момент, а в европейских театрах –  все заранее рассчитал, продумал, и поменять уже ничего нельзя. 

Это не очень удобно для художника, потому что почти все надо решать заранее, не сталкиваясь с реальностью и процессом репетиций, продумать все в голове и на бумаге. В итоге – креативный процесс ограничивается, и нет возможности получить настолько хороший продукт, который мог бы быть. Эта тенденция сейчас и в России. С другой стороны, такие ограничения могут быть полезны для русского человека. 

Это, возможно, вопрос ментальности. У русских в крови – делать все в последний момент. Только у нас вплоть до первого звонка за сценой могут стучать молотками и что-то доделывать.

3-Golden-Cockerel.JPG
Постановка оперы "Золотой петушок" в Большом театре

Вы взаимодействовали со многими режиссерами, в частности, ставили оперу "Золотой петушок" с Кириллом Серебренниковым и "Сказки Гофмана" с режиссером Катериной Евангелатос. С кем из них было легче выстраивать коммуникацию?

Работа с режиссерами – это каждый раз построение коммуникации. Каждый режиссер – абсолютно новый опыт. Если вы уже работали вместе, то связи налажены и есть понимание совместного процесса. Если работа происходит первый раз, то очень важно договориться и начать обсуждать систему взаимодействия еще до того, как процесс пошел, чтобы потом не было взаимного недовольства.

Я считаю, что успешное или провальное сотрудничество зависит от личных качеств и какого-то энергетического соединения, совпадения характеров.  С Кириллом мне работать всегда комфортно и удобно. Я думаю, что это не только мое личное ощущение, а опыт большинства людей. Кирилл очень открытый человек, он мгновенно создает теплую и комфортную для творчества атмосферу, стимулирует мышление. 

Что касается Катерины, то она достаточно строгий, собранный, очень четкий профессионал, но творческий процесс часто не поддается жестким рамкам и структуре. Он бывает нелогичен и спонтанен. Тут как раз, наверное, проявляется разница в сознании. В работе с российским театром ей было очень сложно, так как в спонтанности у нас не только творческие процессы, но и часто административные.

В 2006 году вы читали лекции для Института европейского дизайна в Бразилии, а с 2007 года преподаете в Британке. Расскажите о своем опыте в качестве приглашенного лектора. Отличается ли восприятие информации нашими и иностранными студентами? 

Сравнивать восприятие студентов сложно: во-первых, все люди индивидуальны; во-вторых, в Бразилии у меня были серии мастер-классов  по 10 дней, а в Британской высшей школе дизайна программа рассчитана на целый год. 

Могу лишь сказать, что в Сан-Паулу, несмотря на сжатые временные рамки, мы со студентами достигали хороших результатов: рассматривали разные виды перформативного искусства, подходы к созданию костюма и в кратчайшие сроки реализовывали проекты. 

Расскажите про преподавание в Британке. Как родилась идея запустить учебный курс "Театральный дизайн"? 

На одном мероприятии я случайно пересеклась с Александром Аврамовым (основатель БВШД) и предложила ему эту идею. До этого, с 2007 года, я преподавала в Британке направление Fashion. Потом на какое-то время полностью ушла в театр. И вот с 2014 года решила запустить свой курс. 

3 outline.jpg
Работа студентки БВШД Татьяны Луданик для Outline

Скоро состоится премьера постановки Kandid студентов курса "Театральный дизайн"  Британки, куратором которого вы являетесь вместе с Полиной Бахтиной. Расскажите, пожалуйста, об особенностях работы над спектаклем.  

Структура произведения Kandid навела на мысль о компьютерной игре. Но это скорее ключ к внутренней структуре и прием, от которого мы отталкивались, работая над произведением. Задумка возникла у режиссера Лизы Бондарь при разборе вольтеровской повести. Все участники проекта загорелись этой идеей, потому что она давала много интересных визуальных и пластических решений и, кроме того, ставила необычные задачи в плане музыкальной структуры произведения. 

Так, композитор Андрей Бесогонов сочинил музыку, которая ведет весь спектакль в совершенно разных исторических стилях. Герой путешествует между уровнями как между разными жанрами и эпохами. В "Кандиде" музыка очень важна, потому что это музыкальная постановка, такая современная мультижанровая опера. 

Как возникла идея сотрудничества с мастерской Брусникина?

Каждый год мы вместе со студентами делаем одну большую работу – крупнейшую коллаборацию, которая становится преддипломным или дипломным проектом. Для нас это значимое публичное событие, на которое мы приглашаем не только зрителей, но и критиков.  

В этом году мы думали над новым проектом, который мог бы быть интересен и нашим студентам, и другим участникам. Родилась идея сотрудничать с драматическими актерами, дать молодым сценографам именно такой опыт. Мы обратились к Дмитрию Брусникину с предложением сделать масштабную коллаборацию с актерами его мастерской. Он загорелся, и работа началась. 

Kandid.jpg
Дипломная работа студентов БВШД для оперы "Кандид"

Каким образом строится курс "Театральный дизайн" и какие навыки получают студенты после его окончания? 

Курс "Сценография"  ("Театральный дизайн") подразумевает обширную учебную программу. Обучение с самого начала строится на практических заданиях – создании живых проектов, которые играют ключевую роль для понимания профессии. Мы проводим студентов от зарождения идеи до полного ее развития в готовый продукт. Все этапы производства обсуждаются: от эскизов, макетов до полной реализации. 

Пройдя курс, студенты понимают весь объем работ, который ожидается от художника. Им уже море по колено и не страшно браться за большие и сложные проекты. 
Все мы, конечно, не можем охватить, потому что программа пока годичная. Хотелось бы, чтобы она стала двухгодичной, потому что объем очень большой. 

Для любого учителя успех его ученика – самая большая награда. Работы каких студентов вы можете отметить? 

Сейчас только второй выпуск, а студенты курса уже активно реализуют себя в профессиональной среде: взаимодействуют с театрами, режиссерами, хореографами. Поэтому повод для гордости есть. Так, Маша Кечаева сейчас сотрудничает с "Гоголь-центром", работая над детским спектаклем "Море деревьев", Юля Староверова уже длительное время сотрудничает с хореографом Ольгой Прихудайловой в серии проектов и сейчас разрабатывает художественное решение для постановки "Чайка. Фрагменты", а еще четверо студентов (Разина Александра, Абрамова Евгения, Горбас Анна и Татьяна Луданик) выиграли грант от Славы Полунина и поехали делать инсталляции на фестиваль во Францию. 

4 (2).jpg
Постановка "Сестра – моя жизнь" в "Гоголь-центре"

Какую свою постановку вы можете назвать самой удачной? 

Все работы для меня очень важны. Одна из таких больших, сложных работ – "Сказки Гофмана". Перед нами стояла сложная задача – построить четыре разные декорации на очень маленькой сцене и продумать быстрые смены. Работа была непростая, но оперу встретил большой зрительский успех. 

Какие постановки у вас запланированы на следующий год?

Ближайший проект в октябре – это "Век-волкодав", новая постановка в проекте "Звезда" в "Гоголь-центре"  по Мандельштаму, режиссер и хореограф Антон Адасинский. Следующий – "Тартюф" с Филиппом Григоряном в Электротеатре, "Чапаев и пустота" в театре "Практика" с Максимом Диденко, опера в Вуппертале с Тимофеем Кулябиным.

У вас очень напряженный график с таким количеством проектов и преподавательской деятельностью. Как вы все совмещаете?

Да, это сложно совмещать. Разумеется, проще, когда вся работа сконцентрирована в одном месте, а в Вупперталь придется летать, что поделать. 

Теги: театр