"Я не хочу быть мальчиком, это не мое тело"
Стиль жизни

"Я не хочу быть мальчиком, это не мое тело"

История молодого человека, решившего стать женщиной.

Материал не рекомендуется к прочтению лицам младше 18 лет.

Меня зовут Рави. Я родилась в городе Ангарске в достаточно специфической семье: мама у меня татарка, а папа чистокровный цыган. Моя мама сбежала из своей семьи к моему отцу, когда ей было 16, в 21 родила меня. Отец был бандитом и наркоманом, мной совсем не занимался. Я всегда была в окружении женщин — мама, бабушка, их подруги. Я не помню, когда у меня появилась первая кукла, кажется, они были всегда. Мне покупали и машинки, но в моем случае это были машинки для Барби. У меня уже в детстве были женские вещи. Одевали меня всегда, конечно, как мальчика, но я помню, что просила покупать мне девчачью одежду под предлогом того, что я буду играть в учительницу, медсестру и т. д. Не знаю, почему это никого не смущало.

Рави. Фотографии из личного архива

Рави. Фотографии из личного архива

Рави. Фотографии из личного архива

Рави. Фотографии из личного архива


Детство

Отца никогда не было рядом, я его почти не знала, но навсегда запомню его фразу: «Лучше бы ты родился девочкой». Помимо этого я помню только три его фразы: «Ты ублюдок!», «Заткнись!» и «У тебя жидкие волосы».

Отец был настоящим тираном, чудовищем, наркоманом. В семье постоянно были скандалы: он душил маму, закрывал ее в комнате и избивал. Она постоянно ходила в синяках. У бабушки в Ангарске в квартире висит картина, которая, я помню, один раз упала маме на голову, когда отец ее душил. Я смотрю на эту картину и сразу все вспоминаю. Помню, я отца пыталась несколько раз отравить в детстве: один раз водки ему в сок подлила, маленькая была, думала, он умрет от этого, а в другой раз мыло натерла на терке и положила к героину его, но мама увидела и все убрала. Когда отец маму в комнате запирал и избивал, я бегала по дому, звонила бабушке, чтобы она пришла и что-нибудь сделала. Она всегда приходила. Бабушка любила маму, как собственную дочь, и никогда не понимала, почему такой ужас происходит. Что касается других мужчин-родственников, то там тоже не было примера для подражания: они все трусливые, подлые, много говорят, но ничего не делают. Мой дядя, например, недавно на меня в суд подал. Хочет отобрать имущество, и ему плевать, что я одна, у меня кроме бабушки никого нет, мне жить на что-то нужно.

Когда ситуация в семье совсем накалилась, сестра моей мамы свела ее с человеком, которого мама любила еще до встречи с отцом. Такая первая подростковая любовь. Они несколько месяцев тайно встречались, причем часто в моем присутствии. Но я отца не любила, поэтому всегда покрывала маму. Однажды отец узнал обо всем, ему рассказал кто-то. Мы были дома, и он спросил меня, ездила ли я куда-то с мамой и дяденькой. Я очень тогда испугалась, но сказала, что нет, никуда мы не ездили. Я маму защищала, была достаточно осознанным ребенком. Но мой ответ не помог. Отец снова закрыл маму в комнате и очень сильно избил. Через несколько месяцев после этого мы с мамой и ее любовником сбежали из Ангарска в Георгиевск. Отец в то время лежал в психиатрической больнице.

В Георгиевске я поступила в первый класс. Мы уехали из Ангарска летом, а в октябре отец застрелился. Бабушка говорила, что отец застрелился по нескольким причинам: то, что мы уехали, еще он пытался соскочить с героина и много пил, у него начались проблемы с законом. Все это повлияло. Перед тем как убить себя, отец набрал шприц с героином и положил его рядом с собой, чтобы все понимали, что он сделал это в здравом уме, а не обколотым. Потом он позвонил бабушке, попрощался с ней и выстрелил себе в сердце. Она слышала, как он это сделал. Помню, я пришла со школы, а мама плакала. Я спросила, что случилось, и она мне все рассказала. Я пережила это довольно спокойно, так как никогда не любила отца. После его смерти мы уже понемногу начали общаться с бабушкой. Но она не знала, что мы из Ангарска уехали с маминым любовником. Я закончила первый класс, и мы вернулись обратно в Ангарск, потому что отец умер и бояться больше было нечего.

Рави. Фотографии из личного архива

Рави. Фотографии из личного архива


Смерть мамы

Во второй класс я пошла в Усолье-Сибирском — городе недалеко от Ангарска. Однажды в ноябре мы с мамой всю ночь пролежали вместе в кровати. Обнимались. Она говорила, что очень любит меня и что не смогла бы без меня жить, и я говорила ей то же самое. Наверное, мы чувствовали. На следующий день утром она собрала меня в школу, а сама поехала со своим любовником в Ангарск по делам. Я с ней просилась, но она меня с собой не взяла. Вечером я узнала, что мамы больше нет. Они разбились в аварии. В один момент я поняла, что осталась одна, что не стало самого близкого человека. Мы с ней были как сослуживцы на войне. Через такой ад прошли вместе. Столько лет воевали, а к счастью так и не пришли.

После смерти мамы я жила с ее мамой, моей бабушкой. Это было ужасно, очень трудно было с ней. Бабушка занималась ритуальным бизнесом. Мы жили в коттедже, а тут же в сарае делались гробы. Маму по татарским традициям похоронили в саване, но тот день, что она была дома, она лежала в гробу. Так вот бабушка этот гроб, в котором лежала мама, потом продала. Я очень обижена на нее за это. Я очень хотела жить с бабушкой по папиной линии, с которой я росла. Через несколько лет споров это все-таки получилось. Я переехала к бабушке в Ангарск и в четвертый класс пошла уже там.

Рави. Фотографии из личного архива


Первые проблемы с обществом

Я пошла в четвертый класс, и тут у меня начались первые проблемы с обществом. Я общалась только с девочками, играла в куклы. В это время как раз началось шоу «Наша Russia», и там все время говорили: «Гомосеки, гомосеки». И все, меня тоже начали так называть. Это прозвище преследовало меня до десятого класса. Конечно, меня это обижало. Чем старше я становилась, тем больше было заметно, что со мной что-то не так. Последние годы в Ангарске я вообще боялась выходить на улицу, особенно с бабушкой. Мне было страшно, что кто-нибудь покажет на меня пальцем или крикнет что-нибудь. А бабушка болела сильно, я не хотела ее расстраивать. При этом я выглядела как нормальный парень. Весила 84 кг при росте 168 см. Одевалась тоже скромно. Я не могла понять, что со мной происходит. Сначала думала, что мне просто нравятся мальчики, но подсознательно чувствовала, что это не так, я не гомосексуалист, мне если нравятся мужчины, то натуралы. Потом я узнала про Ульяну Романову и подумала, что у меня, наверное, тоже так.

Первый раз мысль сменить пол появилась у меня в десятом классе — я влюбилась в мальчика, который со мной учился. Помню, я сидела по ночам в ванной и гуглила: «Как понять, что ты нравишься парню», «Совместимость знаков зодиака» и т. д. Мне прям хотелось детей от него. Мне всегда казалось, что это прекрасно — носить в себе ребенка от любимого мужчины. Я похудела на 25 кг, ничего не ела и попала в больницу. Как раз в то время я наткнулась на YouTube на канал Gigi (Gregory Georgeous). Сначала не поняла, что это за парень, который красится. Я прошла с ней длинный путь ее изменений, вплоть до сегодняшнего дня, и очень вдохновилась. Поняла, что это мое и что я хочу поменять свою жизнь к лучшему. В одиннадцатом классе все узнали о том, что со мной происходит. Это произошло так: я вела твиттер, в котором писала обо всех своих переживаниях. Однажды моя подруга зашла с телефона одноклассника в свой твиттер и прочитала мою страничку. Она не вышла из аккаунта, и парень потом это все тоже прочитал. Ну а там уже и вся школа об этом узнала, а затем и весь город. В этот период я еще острее почувствовала необходимость переехать в Москву.

Рави. Фотографии из личного архива

Москва

Бабушка, конечно, была против. Она плакала, просила не уезжать. Это было тяжелое расставание. Как ни странно, несмотря на то, что весь город уже знал про меня, бабушка не знала. Она сильно болела в то время и практически не выходила из дома. Узнала она не так давно. Я уже переехала в Москву и поехала домой в Ангарск на каникулы. Куда бы мы с бабушкой ни заходили, ко мне везде обращались как к девушке. Бабушка молчала, и я молчала. Потом мы зашли домой, и она у меня спрашивает: «Почему ты их не посылаешь, когда они девушкой тебя называют?» Я сказала, что не хочу быть мальчиком. Она посмеялась и не восприняла это серьезно. Потом к нам в гости пришла ее двоюродная сестра и стала спрашивать, почему у меня в интернете фотографии в пальто женском длинном и с платком на голове. Я промолчала, потому что не понимала, что мне ей на это ответить. Через несколько дней она снова пришла. Я прикинулась, что сплю в своей комнате, и подслушала, о чем они с бабушкой говорили. Она стала рассказывать бабушке, что видела в интернете фотографии, где я в женской одежде и с губами накрашенными. Когда она ушла, я вышла из комнаты и спросила у бабушки, хочет ли она поговорить об этом. Потом я достала карточку из психиатрической больницы, показала ей и сказала: «Вот, я наблюдаюсь в больнице, потому что я хочу быть девочкой, а не мальчиком». Она начала плакать, кричать, что она меня убьет — обольет бензином и подожжет. И я очень испугалась. Я не знала, чего от нее ждать. Я понимала, что она может от меня отказаться. Что она может не пустить меня обратно в Москву. Хотя я, конечно, перестраховалась. Знала, что у меня на карточке лежит сумма денег, которой мне, если что, хватит на первое время и на билет из Ангарска. Но бабушка меня отпустила. Я сказала ей, что хожу в психиатрическую клинику, что меня лечат. Она считает это болезнью. Еще она попросила показать ей фотографии, где я накрашена и в женской одежде. Она была в шоке, потому что я там прям как девочка-девочка выгляжу. Она стала говорить, что если я буду ходить в таком виде, то меня изнасилуют и убьют. Потом, когда я уже вернулась в Москву, она стала мне постоянно звонить и спрашивать, хожу ли я к врачу, обрезала ли я волосы. В определенный момент я уже стала думать, что было бы лучше, если бы или ее или меня не стало. Потому что это очень трудно, постоянное давление. Я, конечно, говорю, что мне плевать и что я готова, что от меня могут отказаться, но я понимаю, что могу не выдержать. Я хочу накраситься, каблуки надеть. А я подхожу к зеркалу, смотрю на себя, вспоминаю бабушку, что она болела сильно, очень много для меня делала, и мне становится стыдно. Недавно одна девочка в университете покончила жизнь самоубийством. Я об этом бабушке рассказала, чтобы она понимала, что может произойти, если она будет продолжать на меня давить. И на нее это подействовало. Недавно она мне позвонила и сказала: «Я много думала, переживала, расстраивалась. Береги себя, пожалуйста. Я тебя очень люблю». Но самого главного, что она будет любить меня любой, я от нее так и не услышала.

 Она начала плакать, кричать, что она меня убьет — обольет бензином и подожжет. 


Недавно я открыла свой инстаграм, и моя двоюродная сестра увидела мои фотографии. Она написала: «Не ожидала таких изменений». Мы с ней связались. Я всегда готовилась к такому разговору. Представляла, что смогу все спокойно рассказать, без агрессии и криков. Но не получилось. Она сначала начала кричать, что я не думаю, что будет с семьей. Я не выдержала и спросила, почему они думают только о том, что скажут другие. Это ведь моя личная трагедия! Я хочу семью, хочу родить ребенка, а я никогда не смогу этого сделать! И сестра успокоилась. Сказала, что они все равно будут меня любить. Но это сестра, она молодая. А как реагирует старшее поколение, я не знаю. Так вышло, что у нас в семье всем в основном уже за 50. Все молодые вымерли.

Операция

Меня многие спрашивают, зачем я хочу делать операцию по смене пола. Мол, ну ходи с накрашенными губами, но операцию-то зачем делать. Но я не хочу быть «оно». К тому же я даже не могу носить всю ту одежду, которая мне нравится. Не могу юбку обтягивающую надеть, потому что сразу видно, что у меня между ног. Я никогда не могла представить, что я занимаюсь сексом с девушкой. Хотя у меня не было никакого опыта, я девственница. Но о каком опыте сексуальных отношений с мужчиной может идти речь, когда у меня даже груди нет нормальной? Я рассказывала сексологу, что во время мастурбации я представляю себя именно женщиной. Но при этом, когда я смотрю на мужчин в реальной жизни, они кажутся мне отвратительными чудовищами — им всем нужно просто потрахаться. Я давно не влюблялась — с десятого класса. Я даже не целовалась ни разу, но я почему-то так убеждена, что я девушка. Я точно не гей.

Рави. Фотографии из личного архива


Сексолог

Осенью я стала узнавать все про операцию по смене пола. Нашла место, где есть сексологи, психологи и эндокринологи — психиатрическая клиника №4 на улице Потешная. Я туда позвонила, сказала, что хочу получить гормонотерапию. А мне ответили, что в России, чтобы тебе прописали гормоны, нужно два года ежемесячно наблюдаться у врача. Два года! Мне стало так страшно, что время идет и что я за это время могу стать слишком мужественной. В общем, я записалась к врачу и поехала на прием. Доктор расспрашивала меня о детстве, о сексуальном влечении, осмотрела половые органы. Отправила меня к эндокринологу сдавать анализы. Потому что у меня из жировых отложений больше всего выражена грудь, у меня 38-й размер ноги и почти нет кадыка. Я знаю, что многие не дожидаются, когда им пропишут лекарства, и покупают их сами, они есть в свободном доступе — таблетки, которые прописывают при менопаузе или противозачаточные. Вот «Джесс», например, от них грудь вырастает. Но я не хочу так, это огромный риск для здоровья. Сейчас нужно сдать анализы, и после того как получу результаты, очень надеюсь, что мне сразу выпишут гормоны, потому что ждать два года — пытка. Я каждое утро подхожу к зеркалу — вижу свое широкое лицо, все это уродство и плачу. Я хожу на депиляцию — это адская боль, ожоги. Я смотрю на неухоженных баб и думаю, как же им повезло, что они женщины, а они этого совсем не ценят.

 Я не хочу стать игрушкой для извращенца. Мне дико, выходя из душа, видеть свою мужскую плоть.


Отношения

Мне почти 20 лет. Бывают такие моменты, когда мне хочется отношений. Хочется, чтобы было сильное плечо, на которое можно было бы опереться. Я встала на трудный путь, и мне очень нужна поддержка. Есть очень близкие подруги, но это не то. Мне пишут разные парни, даже депутаты, которые знают, что я физиологически не совсем девочка, их это не смущает, но я отказываюсь идти на такие отношения. Я хочу встретить мужчину, который полюбит то, что у меня внутри. А не такого, который специально ищет себе транссексуалку. Я не хочу стать игрушкой для извращенца. Мне дико, выходя из душа, видеть свою мужскую плоть.

Мне пишут разные парни, даже депутаты, которые знают, что я физиологически не совсем девочка, их это не смущает.


Рави. Фотографии из личного архива

Рави. Фотографии из личного архива


Операция по смене пола

Есть несколько видов операций по формированию гениталий. Первый вариант — пенальная инверсия, когда половой орган просто выворачивают внутрь. Второй вариант — формирование влагалища из части кишечника — это самый дорогой вариант. Все советуют делать операцию в Таиланде. Не знаю точно, сколько это стоит, зависит от вида операции и от того, где ее делать. Нужно найти на это все деньги. Конечно, у меня есть недвижимость, но не могу же я прийти к бабушке и сказать: «Бабушка, давай продадим квартиру, потому что мне нужны деньги на вагину». Многие начинают заниматься проституцией, чтобы собрать нужную сумму. Я это, с одной стороны, осуждаю, а с другой — понимаю, потому что так хочется избавиться побыстрее от всего этого, что готова на все. Но я не собираюсь становиться проституткой. Сейчас хорошо можно заработать на блогах. У меня тоже есть свой блог на YouTube. Я надеюсь его раскрутить, ведь я могу занять ту нишу, которая у нас в стране пока свободна. Если говорить про операции, помимо половых органов и груди, которые я бы хотела сделать, то я бы в первую очередь сточила надбровную дугу, она мне очень не нравится. Потом челюсть — она у меня очень крупная. Нос, может быть, — зависит от того, как будет выглядеть челюсть.

Военкомат

Меня вызывали в военкомат. Я пришла и так и сказала, что я собираюсь делать операцию по смене пола. 

Комиссия, как ни странно, отреагировала на это очень спокойно. Я думаю, они не в первый раз с таким сталкиваются. Но там был еще один парень, который тоже проходил комиссию, и у него реакция, когда он это услышал, была абсолютно неадекватная: он начал очень сильно смеяться, так, что даже покраснел. Я не понимаю такой реакции. Что тут смешного?

Семья

Я очень хочу семью, но понимаю, что после операции я своих детей иметь уже не смогу. Сперма в заморозке, если не ошибаюсь, хранится всего два года. Выйти замуж за мужчину, у которого уже есть свои дети, я не готова. А взять младенца и воспитывать его как своего — подходящий вариант. Я уверена, что смогу полюбить его, как своего.

Рави. Фотографии из личного архива

Рави. Фотографии из личного архива

Смотрите канал Рави на YouTube.