Как важно быть серьезным. Не насосала, а накормили
Стиль жизни

Как важно быть серьезным. Не насосала, а накормили

Саша Сутормина – о гастрокритиках и гастропиарщиках.

Ненавижу, когда несерьезно относятся к еде. Это неосновательные люди и притом пошлые. 
О. Уайльд


Стоит выдать одну веселую заметку про рестораны в читаемое СМИ – и на тебя обрушиваются потоки сообщений от незнакомых тебе людей. 

"Приходите продегустировать наше сезонное меню". "Александра, мы давно мечтали познакомиться с вами, у нас как раз новые коктейли от шеф-бармена" (да спать ночами не могли, куда уж). "Сашенька, я хочу, чтобы ты попробовала наш фирменный бургер – мы печем булочку сами и замешиваем в тесто отборный гаши" (вот это уже, к сожалению, плоды фантазий).  

333.jpg

Почти случайно написав материал в рубрику "Чаевые" в SNC – на дне рождения договорились с главредом Наташей Архангельской – я погрузилась в ресторанный ад. Статейка, надо отметить, с едой была связана мало – рассказывала, как в "Мосте" заседает ЦБ, а в "Макото" японские бизнесмены обнимают дам полусвета. 

Пятнадцать месяцев назад мне в голову не могло прийти, что есть такая профессия – ресторанный пиарщик. АН НЕТ. Они есть, они пишут мне. Они звонят, пока я неторопливо прогуливаюсь по озеру Комо. Зачем? Я вообще не люблю бургеры. Я не хочу пить эти коктейли. Серьезно, вам кажется, что я сейчас отложу все дела и поеду в свежеоткрывшиеся "Грабли" в Северном Чертаново? Зачем?

Пятнадцать месяцев назад мне в голову не могло прийти, что меня кто-то будет мечтать закормить до смерти на халяву. Ладно, справедливости ради, смотря кто. В ответ на вопрос "Как вы начали интересоваться ресторанами?" я всегда отвечаю: "Кажется, слишком часто ходила на свидания".  

111.jpg

И уж конечно, мне в голову не могло прийти, что среди этих самых пиарщиков есть профессионалы. И что мы проведем немало часов за отраслевыми сплетнями.
Спустя год с лишним я все еще пишу о еде – но какой же я гастрономический журналист? 

Ресторанная критика у нас отсутствует как факт – за пятнадцать месяцев я убедилась в этом отлично. Все ясно: редакции не платят за еду обозревателей, зарплата обозревателя эквивалентна четырем ужинам без вина в ресторане Megu и уж явно не позволит штатному обозревателю навестить Массимо Боттуру в его Osteria Francescana.  

444.jpg

Зато отлично чувствует ресторанный пиар. Сплетшийся в едином порыве с обозревателями, зовущий на ужины и генерирующий инфоповоды разной степени осмысленности. И плохо ли это? 

Аудитория (как правило) хочет не двенадцать тысяч знаков об оттенках вкуса свиных ребрышек с фирменным соусом кочудян и салатом из порея. Аудитория (как правило) хочет хлеба, зрелищ и новостей. И, скажем прямо, без пиарщиков мы с вами зрелищ и новостей не получим. Денег нет, но вы держитесь.  

777.jpg

Говорить об объективности здесь смешно. Но самое смешное – сочность фейсбучных дискуссий на эту тему. Пост на тему продажности журналистов и профессиональной этики набирает пять сотен лайков, комментаторы брызжут слюной и упрекают друг друга в том, кто где ел за чужой счет. Trashreading мечты – оторваться невозможно. Рестокритики в своей серьезности дадут сто очков партнеру юрфирмы и замминистра средней руки.

Мир жранинки не сильно отличается от других элементов лайфстайл-журналистики. И если у бьюти-редактора шкаф набит бесплатными банками крема, а в календаре – три записи на биоревитализацию от дружественного салона, у мальчика из отдела культуры – приглосы на "Золотую маску", то у пишущего о еде – обычно с десяток-другой лишних кило.

Так работает рынок, и пока на это есть спрос – будет и предложение. Расслабьтесь и выпейте бокал вина. Ведь самый страшный порок – отсутствие самоиронии.