Женщины в бизнесе: Ирина Фомина
Стиль жизни

Женщины в бизнесе: Ирина Фомина

Президент МБГ о работе, путешествиях и любви к вину.

Для спецпроекта "Женщины в бизнесе" мы поговорили с Ириной Фоминой — основательницей и бессменным президентом виноторговой компании "МБГ". Ирина редко дает интервью, но TrendSpace рассказала обо всем: работе, путешествиях, красоте и любви к вину. 

МБГ — одна из крупнейших виноторговых компаний на российском рынке — и одна из старейших (МБГ была основана в 1995 году). Как вы начали заниматься вином, да еще и в таком юном возрасте?

Случайно. Я училась в аспирантуре МГИМО и параллельно работала в крупной французской торговой компании. Это был хороший опыт: я продавала все - от зубоврачебных кабинетов до яхт. Да, яхта была моей первой сделкой - мне было около двадцати. Интересное было время. 

Потом я ушла от французов и создала “МБГ”. И снова мы занимались продажей всего - полуфабрикатных кексов, замороженного мяса… Это было очень прибыльно - и очень скучно. Все тогда чем-то торговали, и вот однажды наши друзья из DP-Trade (сегодня также одна из крупнейших виноторговых компаний - прим.ред.) начали заниматься вином.  В какой-то момент они предложили мне заключить контракт с шампанским домом Ruinart - у DP-Trade уже был эксклюзивный договор с Bollinger, и они не могли поставлять в Россию еще одно шампанское. 

Я подумала и решила - почему нет? Красивый, в конце концов, бизнес (смеется). Конечно, я не была специалистом в вине - но никто не был. 

Мы с мужем, придававшим мне солидности, поехали знакомиться с Ruinart - и заключили контракт, притом на всю Россию. Одновременно с этим я открыла винотеку “Интендант”, которая успешно работает до сих пор. К Ruinart добавился дом de Ladoucette, следующие производители… и в итоге за двадцать лет мы собрали внушительный портфель. 

Как формируется этот портфель сейчас? Как вы выбираете производителей и вина, которые в итоге будете продавать?

Виноторговые компании высокого уровня должны иметь определенный набор в портфеле. Разумеется, Франция, Италия, Испания, Новый Свет. Сейчас к этому добавились немецкие и австрийские вина, вина из стран, о торговле которыми несколько лет назад мы и подумать не могли. Есть разные пути продвижения. У нас меньше брендов, чем у некоторых других крупных виноторговых компаний. И вот почему: мы считаем себя брендбилдером. С момента образования компании мы вкладывали все наши силы в продвижение не бренда “МБГ”. Поэтому, например, Antinori - первый итальянский бренд на российском винном рынке. Никого даже рядом с ними нет - и по известности среди потребителя, и по представленности, и по количеству продаваемых бутылок. В портфеле второй нашей компании - “Миллениум” - есть бренд Torres. Это испанский бренд номер один, в его известность мы тоже вложили много сил.    

Какие тренды в области потребления вина можно выделить? Та же мода на австрийские вина — она преходящая?

Потребитель, конечно, начинает больше разбираться в винах, ему уже не так интересны “коммерческие” вина, представленные на полках супермаркетов. Это нормально и можно сравнить с популярностью нишевой парфюмерии. Многие из нас (и я в том числе) уже не могут представить, что будут пользоваться коммерческими духами. Так и здесь - это один из способов показать собственную уникальность. Бордо - замечательно, гран-крю - прекрасно. Но люди хотят чего-то нового.

IMG_9731.jpg

Можно ли сказать, что сегодняшняя аудитория потребителей вина становится моложе?

Так и есть. Еще один очевидный тренд - мы все начинаем пить более легкие вина, хороший пример - успех легкого изящного белого San Giovanni Orvieto. Сегодняшний ритм жизни уже не позволяет увлекаться танинными, тельными винами.

Как вы оцениваете перспективы и состояние российского виноделия сегодня? Будут ли у нас когда-то великие вина — или хотя бы бесспорные "знаки качества"?

Для того, чтобы делать хорошее вино, нужен хороший виноград. 

Сделать качественное вино на дешевом импортном виноматериале, как это пытается делать сейчас ряд производителей - невозможно. В чем, например, сила такого винного гиганта, как Antinori? Практически все вина производятся ими из собственного винограда. Это совсем другой контроль качества. 

Мы в МБГ хотели собрать полноценный портфель российских вин, но пока у нас есть только "Усадьба Дивноморское" — проект тихих вин от "Абрау-Дюрсо" — и крымские вина от Валерия Захарьина.

К сожалению, сейчас российское вино очень переоценено. Мы не можем объяснить потребителю, почему он должен покупать бутылку российского вина, которое стоит в два раза дороже аналогичного по качеству Antinori. 

Тем не менее, сейчас в российском виноделии - и в Краснодарском крае, и в Крыму, и в других регионах - есть виноделы-энтузиасты, есть частные инвестиции. Это длительный и непростой процесс.

А какие вина вы пьете сами?

Шампанское (смеется). Еще — вина Луары, сансеры, бургундские вина.

А вообще, я очень люблю сочетание вина и еды. Мы первые в России начали проводить эногастрономические ужины. Из относительно недавних событий — в Казани у нас состоялся четырехдневный гастрономический фестиваль: Мигель Торрес (глава испанского винного дома Torres) привез в город известного каталонского шефа. Это было целое событие. 

Сколько сейчас человек работает в МБГ?

460, включая филиал в Петербурге. 

В чем заключается женский стиль управления? И в чем конкретно ваши особенности как руководителя? 

Женщины могу быть хорошими руководителями. Женщины более терпимы и терпеливы, и в определенных ситуациях могут быть более настойчивы, чем мужчины, и при этом - не деспотичны. 

Вообще я очень люблю людей и прислушиваюсь к их мнению. Думаю, это важно для любого начальника. Я стараюсь не принимать решения, не имея полной картины событий, не основываться на мнении какой-то одной стороны. Моя позиция - любое решение должно быть взвешенным, иногда с ним лучше “переспать”.

Еще я не приемлю сплетни, интриги, пустые разговоры и излишнюю эмоциональность. Все эти грехи часто приписывают женщинам - но часто они свойственны и мужчинам. 

IMG_9538.jpg

Один из ваших партнеров по бизнесу, Сергей Минаев — очень медийный человек, причем свою медийность он заработал, уже будучи в МБГ. Его известность и параллельные проекты помогают бизнесу или, наоборот, мешают?

Я всегда приветствую, когда человек развивается в разных сферах, и тем более, когда у него получается что-то, чего не умею я. Сергей - очень талантливый человек, и конечно, его известность - это определенный бонус. Я благодарна ему, что он использует этот ресурс острожно и всегда в контексте позиции компании. Наша позиция - не “мочить” конкурентов, а рассказывать потребителю, чем мы лучше, образовывать его, обеспечивать сервис более высокого уровня. И, думаю, нам это удается. 

Как вы познакомились?

Сергей пришел к нам на работу. Я всегда старалась нанимать людей, у которых есть компетенция, которой не хватает в компании. Сергей пришел из William Pitters, крупной алкогольной компании, и был очень хорошо образован. Самоуверенный такой молодой человек - и он понравился мне способностью самостоятельно реализовать проект от идеи до реализации.  

А вам самой не хотелось большей медийности? 

Самые большие ценности для меня - личное пространство и время. Выбирая между тем, пойти на светское мероприятие или провести вечер с близкими мне людьми, я всегда выберу второе. Медийность - это обязательства, отнимающие силы и сжирающие время. Мне панически страшно от того, как мало времени остаётся у меня на любимые вещи: на книги, на спорт. 

Какой спорт? 

Йога, тайский бокс и мое новое увлечение - борьба японских самураев кэндо. Здесь у меня нет наставника, поэтому я занимаюсь только когда я на Сардинии. А когда я в Москве - я стараюсь заниматься спортом каждый день. И лучше на улице. Даже в минус 17.

Какие еще секреты по поддержанию такой вот формы у вас есть (Ирина выглядит, честно говоря, невероятно)?

Правильно питаться, конечно. Я ем все, что я хочу - но мне повезло, я не люблю сладкое. Со мной рядом будет стоять банка варенья и коробка печенья - а я, наверное, умру голодной смертью. Не смогу это съесть. 

Если бы у меня было время - я ходила бы в баню каждый день. И купалась бы в холодной воде тоже каждый день. Мой рекорд - Австрия, плюс шесть градусов. 

Плюс, конечно, это косметика и косметические процедуры. Я всегда увлекалась косметикой, читала в самолетах обзоры, скупала кучу всего и тестировала на себе. Идея была так себе - у меня аллергия, кажется, на 99,99% веществ. Но охота пуще неволи. 

Так вы оказались еще и в косметическом бизнесе? 

Да, это тоже вышло случайно. Наш офис тогда был в здании мэрии - и в одном из освободившихся помещений я решила сделать спортзал и салон красоты. В который я решила привезти какую-нибудь марку, которой нет в России. Выбор пал на Thalgo. И мне сразу пришло в голову, что заключать контракт ради одного салона - глупо, надо сразу договариваться о дистрибьюции в России. Как я буду это делать, я понимала плохо, но какой-то аферизм во мне взял верх. Мало кто верил в успех - и партнеров в тот момент у меня не оказалось. Но все получилось. Это был 1995 год. 

Потом появились контракты с Valmont, Etro и другими марками. Мы их дистрибьюторы до сих пор. Сейчас к ним добавились 3LAB, Dr. Jart+ и ряд демократичных марок - таких, как Yes To. 

Как кризис сказался на косметическом и на винном бизнесе? 

В косметическом мы почти ничего не потеряли. Мы - один из немногих независимых дистрибьюторов такого масштаба, и сетям выгодно работать с нами. Плюс, как я уже сказала, мы расширили ассортимент за счет более демократичных продуктов. 

В вине ситуация значительно хуже. Люди не перестают пить, но тратят меньше. Часть переходит на более дешевые вина. Те же, кто привык к премиальным винам - продолжают их пить. Но потребление уменьшилось. Конечно, у виноторговых компаний падают обороты.

У нас с Аркадием Новиковым есть совместный проект - ресторан Cantinetta Antinori. Я всегда слежу за тем, как меняется потребление вина внутри ресторана. Сейчас хит - это демократичное Antinori Rosso di Montalcino. 

Этот кризис - самый сложный. Он длительный и очень глобальный. Мы интегрированы в экономику страны, и здесь санкции нам совсем не в помощь. 

Что сейчас происходит с запретом на торговлю вином через интернет?

Законопроект, частично легализующий онлайн-торговлю алкоголем, сейчас на рассмотрении в Госдуме. Мы надеемся, что скоро нас ждут позитивные изменения. 

Когда вернется разрешение на рекламу алкоголя? 

Здесь пока конкретных новостей нет. Вообще, кстати, меня коробит, когда вино приравнивают к алкоголю. Для меня это абсолютно разные вещи. Я в жизни не пила водки, да и вообще, крепкий алкоголь - это совсем другая история. Тем более дешевый. Уменьшилось ли количество поддельной продукции? Сомневаюсь. А как научить потребителя разбираться в вине, отличать хорошее от плохого, если он лишён такого канала информации, как реклама? У нас обрублены практически все каналы коммуникации - и после этого мы говорим, что наш потребитель ничего не понимает. 

Ваши любимые марки косметики?

Мы работаем с Доктором Себагом (косметическая марка Dr. Sebagh). Это мой огромный друг, “король инъекций” - мы познакомились случайно какое-то невероятное количество времени назад, и у него прекрасные продукты. 3LAB, Dr. Jart+ - это если говорить о “своих” марках. 

Мне нравится Shu Uemura, NARS, Armani. Я до сих пор покупаю косметику в огромных объемах, потом она лежит у меня годами. Раньше у меня сумка была забита вырванными из журналов страницами с рекламой и обзорами. Слава Богу, теперь все можно сфотографировать на айфон.

Где вы покупаете одежду?

Раньше я очень любила Valentino, сейчас - Jil Sander. Мне нравятся некоторые вещи у Celine и Gucci, Jason Wu, Victoria Beckham, Alaïa. Из обуви - Giuseppe Zanotti Design, Sergio Rossi. Еще одна моя слабость - это очки, у меня их огромное количество. Их я покупаю в своем любимом House of Eyewear в Париже - там есть редкие марки и редкие модели. 

Ваши любимые рестораны?

Кому-то покажется это старомодным, но я чувствую себя как дома в московском China Club. Из новых - отличный проект “Сыроварня”. 

Я очень люблю Le Calandre в Падуе, мне очень близок стиль талантливейшего шеф-повара Массимилиано Алаймо. Еще Alain Ducasse au Plaza Athénée. Я имела  счастье наблюдать за тем, как готовит этот гениальный человек.

Люблю индийскую кухню - и уже много лет хожу в парижский Annapurna. За это время он стал очень популярен.

А какие книги оказали на вас влияние?

Конечно, Конфуций. Часто перечитываю басни Лафонтена в оригинале. В определенный момент своей жизни я прочитала “Две жизни” Конкордии Антаровой, и эта книга меня поразила. Одной истиной, которую я почерпнула из книги, я пользуюсь до сих пор: “Никто тебе не друг, никто тебе не враг, каждый тебе - учитель.”


Интервью: Саша Сутормина

Фотограф: Александр Кунда