"Красота из странных мест"
Мода

"Красота из странных мест"

Жизнь и смерть Александра Маккуина.

До начала Лондонской недели моды остались считанные дни, но их никто уже не считает. Британской столице не до праздников – ей предстоят похороны. Самоубийство Александра Маккуина стало еще одним подтверждением горькой истины: настоящий художник счастливым быть не может.

У лондонской полиции нет сомнений в том, что Маккуин сам надел себе петлю на шею, версия убийства исключена. Поэтому истинную причину смерти одного из самых успешных дизайнеров современности мы, вероятно, так никогда и не узнаем.

За несколько дней до самоубийства Маккуин потерял мать. Да, это, бесспорно, тяжелая утрата даже для закаленного жизнью 40-летнего человека – но неужели дизайнер никогда не готовил себя к тому, что рано или поздно Джойс Маккуин не станет? Два года назад покончила жизнь самоубийством ближайшая подруга модельера – больная раком Изабелла Блоу, стилист и журналистка, которой Маккуин во многом обязан своей карьере. Так неужели эти двое и были единственным, что держало его в мире живых? Неужели и правда славу, богатство, признание и творчество ему не с кем было больше разделить?

Похоже, решение о самоубийстве действительно было спонтанным. Ведь если у человека долгая депрессия, то окружающие это замечают: как минимум творческий кризис гарантирован. Маккуин же еще неделю назад, наоборот, был полон сил, готовился к показам в Лондоне и Париже – его новые коллекции были, как всегда, преисполнены остроумия и элегантности. Впрочем, странная запись, оставленная им на Twitter'e накануне, доказывает, что одно другому не мешает: «Из рая в ад и обратно. Жизнь – смешная штука. Красота может появляться из самых странных мест, даже из мест отвратительнейших».

Он и сам явил миру красоту своего творчества не благодаря, а вопреки. Сын простого лондонского таксиста с шотландскими корнями, Ли Маккуин (Александром он станет позже) с детства привык помогать матери. Например, помогал ей шить платья для своих старших сестер, придумывая самые невероятные фасоны. Однако когда в 16 лет он заявил, что намерен стать портным, семья не поняла: не дело это для мужчины, заявил отец.

Но Маккуина не зря все всегда называли бунтарем – и вопреки желаниям родителей он устроился на Сэвил-Роу, в ателье Anderson&Sheppard, где почти сразу же стал участвовать в создании костюмов для высшего света: члены королевской семьи, лидеры иностранных государств и миллиардеры пока еще не подозревали, что этот скромный закройщик вскоре далеко обгонит их всех по известности. Потом была работа у еще более солидных портных, Geeves&Hawkes, где Маккуин, как гласит легенда, вышил однажды на подкладке костюма принца Чарльза слова «I'm a c..nt!» Теперь Его Высочество мог бы продать этот костюм за несколько миллионов... ну, а тогда Маккуина уволили.

Он подался сначала в театральные портные, причем исторические костюмы выходили у него не хуже обычных, классических. Главное же, за что ценили Ли – так это за ювелирную точность. Но обшивать актеров ему быстро наскучило, и вот Маккуин уже в Японии, затем в Италии. В возрасте двадцати лет Ли уже обладал огромным опытом – что позволило ему набраться наглости и предложить школе Central St.Martin's взять его... преподавателем! Шутку оценили и приняли Маккуина в студенты. Его дипломная работа надолго шокировала публику начала 90-х, привыкшую к прилизанному лоску: коллекция Jack the Ripper со словно забрызганной кровью и грязью грубой кожей, штаны на бедрах в традициях лондонских докеров – в общем, как раз как в предсмертной записке: «красота из самых странных мест».

Совсем другие места ждали его в реальной жизни: за талант Маккуина, подкрепленный дипломом Сент-Мартинса, развернули целую войну два самых влиятельных человека мира моды – Бернар Арно, владелец LVMH и Франсуа Пино с его группой PPR. Первый ради того, чтобы сделать Маккуина креативным директором, выгнал из Givenchy Джона Гальяно. Второй же, сыграв на любви Ли к свободе, переманил его в свой Gucci, , а чуть позже дал денег на основание собственного бренда. Как раз тогда Изабелла Блоу и посоветовала своему другу стать Александром – а имя Ли осталось для самых близких.

Маккуин для британской моды стал… одним из основателей этой самой британской моды в ее нынешнем виде. Начав с классицизма, впитав все лучшие традиции, он пошел с этим социокультурным багажом «хулиганить». Жесткий, не всегда приятный и обходительный в общении, он наряду с Вивьен Вествуд стоит у истоков современного гранжа, которым характеризуется в той или иной степени весь британский fashion.



Он не стеснялся окружающего мира, подиум был для него не выдумкой, а реальностью. Маккуин не щадя чувства публики выпускал туда моделей, закованных в цепи, девушек-инвалидов, в качестве материалов использовал пластик и дохлых насекомых, мог запросто пришить воздушное кружево к куску грубой кожи. Из его последней коллекции особенно запомнились эти инопланетные туфли.

Несомненно, что благодаря таким как Маккуин, Лондон из международного центра по пошиву троек из твида превратился в модную Мекку. Его работы вдохновляли и будут вдохновлять молодых дизайнеров. Сейчас они все скорбят о нем, да и не только они. Теперь мы точно можем сказать, что он будет в тренде и в этом, и во всех остальных предстоящих сезонах!

Теги: Alexander McQueen